Езиды представляют собой курдоязычную этнорелигиозную общину, расселённую преимущественно в Северном Ираке, Сирии, Турции, Армении и Грузии, со значительной диаспорой в Германии и странах постсоветского пространства. Само название этого народа остаётся предметом научной дискуссии. Большинство современных историков выводят его от имени Езида I, второго халифа династии Омейядов, правившего приблизительно с 646 по 689 годы, который почитается в езидизме как воплощение божественной фигуры Султана Эзида (Sultan Êzî). Представители общины категорически отрицают какую-либо связь между своим самоназванием и историческим халифом, предпочитая альтернативные этимологии, возводящие термин к древнеиранскому yazata, что в среднеперсидском языке принимало форму yazad и означало «божественное существо» или «ангел».
Согласно внутренней этимологии самой общины, слово «Êzidî» производится от курдского выражения Ez dā, что переводится как «Меня создал Б-г», перекликаясь с формулами Xwedê ez dam («Б-г создал меня») и Em miletê ezdaîn («Мы — народ езидов»), подчёркивая монотеистический характер религии и её укоренённость в представлении о прямой связи с Творцом.
До геноцида 3 августа 2014 года мировая численность езидов оценивалась в диапазоне от 600 000 до 1 000 000 человек, при этом основные центры расселения находились в Ираке, в провинциях Найнава и Дохук. Район Шейхан с центром в Айн-Сифни был домом для второй по величине езидской общины, тогда как Синджар (курм. Şengal), где до августа 2014 года проживало около 400 000-500 000 езидов, представлял собой крупнейшую концентрацию этого народа. Сирийские общины концентрировались в районе Джебель-Симан к западу от Алеппо, турецкие езидские поселения находились преимущественно в провинции Диярбакыр, хотя в результате миграции во второй половине XX века значительная часть турецких езидов переселилась в Германию.
Закавказские езидские общины сформировались после массовых миграций из Османской империи в конце XIX — начале XX века, когда езиды спасались от преследований. По современным оценкам в Армении проживает около 35 000-60 000 езидов, в Грузии — около 20 000, в России — порядка 40 000. После геноцида 2014 года крупнейшая диаспора образовалась в Германии, где насчитывается от 100 000 до 120 000 человек. Общины есть также в Нидерландах (около 5 000), Швеции (около 4 000) и США, преимущественно в городах Линкольн штата Небраска и Хьюстон штата Техас.
Формирование езидизма как религиозной традиции произошло в результате сложного синкретического процесса, объединившего суфийский ислам, локальные курдские верования доисламского и дозороастрийского происхождения и почитание династии Омейядов. Ключевой фигурой в становлении религии стал Шейх Ади ибн Мусафир, арабский суфийский мистик омейядского происхождения, родившийся около 1072 или 1078 года и скончавшийся в 1162 году. Получив образование у видных багдадских учителей, включая Укайля аль-Манбиджи и Абу-ль-Вафа аль-Талавани, Шейх Ади около 1111 года удалился в долину Лалиш (курм. Lalişa Nûranî), расположенную примерно в шестидесяти километрах к северо-востоку от Мосула, где основал суфийскую обитель, именуемую завийя, ордена Адавийя.
Курдское крестьянское сообщество, населявшее Лалиш в момент прихода Шейха Ади, исповедовало верования, включавшие элементы древнеиранских религий, отличных от зороастризма и восходящих к дозороастрийскому периоду, а также локальное почитание Езида ибн Муавии. Последователи Шейха Ади в средневековых арабских источниках упоминаются как Akrad ‘Adawiyya, что означает «Курды Адавийи». После смерти учителя в 1162 году его гробница стала центром паломничества как для мусульман, так и для немусульман, превратив Лалиш в священный центр для его последователей.
Постепенная трансформация синкретической системы Адавийи в самостоятельную религию происходила в течение последующих трёх столетий, с XII по XV века. К началу XV столетия езидизм оформился как отдельная религиозная традиция, всё более отдалявшаяся от исламских норм. Окружающие мусульманские правители начали именно тогда воспринимать езидов как отступников и политических соперников, что привело к серии конфликтов и систематических преследований. Исследования, проведённые начиная с 1990-х годов, показали упрощённость более ранних попыток описать происхождение езидов исключительно через призму ислама, персидских или так называемых «языческих» религий, выявив гораздо более сложную и многослойную природу этой традиции.
Езидизм является строго монотеистической религией, где Б-г обозначается несколькими именами: Xwedê, Xwedawend, Êzdan, Pedşa (что переводится как «Царь»), реже Ellah и Heq. Согласно некоторым религиозным гимнам, именуемым кевлам (курм. Qewl), у Всевыш-го насчитывается 1 001 или 3 003 имени. Творец понимается как абсолютный, всемогущий и трансцендентный, однако Он отстранён от непосредственного управления миром, которое передал семи Святым Существам, именуемым Heft Sirr (что означает «Семь Таин») или Семь Ангелов. Всевыш-й описывается как всепрощающий и милосердный, но не вмешивающийся в повседневные дела творения, что отличает езидскую теологию от большинства авраамических религий.
Космогония езидов существенно отличается от авраамических религий и ближе к древнеиранским и месопотамским традициям, представляя собой уникальный синтез различных влияний. Согласно езидским кевлам, до сотворения мира существовала пустота и отсутствие порядка во Вселенной, а Б-г пребывал в одиночестве над водами, что напоминает библейский мотив «И Дух Божий носился над водами». Играя с белой жемчужиной (dur), созданной из Его чистого Света, Творец бросил её в космический океан. Жемчужина раскололась и послужила субстанцией, из которой возникли Земля, планеты и звёзды. Сначала был создан эзотерический, то есть духовный мир, затем — экзотерический, иными словами материальный.
До творения видимого мира Б-г сотворил из Своей божественной эманации семь Святых Существ, которым поручил все дела мироздания. Эти Ангелы неотделимы от Божественной сущности, что позволяет езидам настаивать на монотеистическом характере своей веры. Согласно традиции, семь Ангелов были созданы последовательно в течение семи дней: в воскресенье — Тавуси Мелек, также именуемый Азраилом, Ангел-Павлин и глава ангелов; в понедельник — Дардаил (Darda’il); во вторник — Исрафил (Israfel), соответствующий Рафаилу; в среду — Михаил (Mikha’il); в четверг — Гавриил (Gibra’il или Jabra’il); в пятницу — Шимнаил (Shimna’il или Shemna’il); в субботу — Нураил (Nura’il или Nurael), он же Йадин, известный также как Факр ад-Дин. Каждый Ангел ассоциируется с днём недели, когда был сотворён, и центральную роль среди них играет первенец — Тавуси Мелек.
Тавуси Мелек (курм. Tawûsî Melek, буквально «Ангел-Павлин», от персидского или арабского ṭāvūs, что означает «павлин», и арабского malak, что переводится как «ангел») представляет собой предводителя семи Святых Существ и наместника Б-га на земле. Он управляет всеми земными делами, воплощает как благо, так и испытания, и является центральной фигурой езидской теологии, вокруг которой выстраивается вся религиозная система. Согласно езидским повествованиям, после создания Земля оставалась бесплодной и содрогалась от интенсивных землетрясений и вулканической активности. Чтобы успокоить планету, Б-г послал Тавуси Мелека на Землю. Тот спустился в форме павлина, украсил её разноцветной флорой и фауной, принеся на землю семь цветов радуги. Его последним местом отдыха стал Лалиш, почему там повсюду встречаются изображения павлина.
Ключевой момент езидской теологии составляет испытание Тавуси Мелека, имеющее несколько версий в устной традиции. По одной версии, когда Б-г сотворил Адама, он приказал всем ангелам преклониться перед первым человеком. Однако Тавуси Мелек отказался, заявив, что будет поклоняться только Творцу. Всевыш-й похвалил его за верность монотеизму и понимание собственной возвышенной природы — это было испытанием, которое Ангел-Павлин успешно прошёл. По другой версии, Тавуси Мелек изначально восстал против Б-га, был низвергнут, но затем раскаялся и плакал 7 000 лет. Его слёзы погасили адский огонь, и Б-г простил его, вернув на пост главного ангела, что подчёркивает темы прощения и искупления в езидской религиозной мысли.
Езиды категорически отвергают отождествление Тавуси Мелека с Иблисом или Сатаной. Употребление арабского слова Şeytan («Сатана») и слов, содержащих согласные š (sh) и t/ṭ, которые могут напоминать это имя, является тяжелейшим табу, представляющим собой оскорбление Тавуси Мелека. В прошлом езид, услышавший это слово, был обязан убить произнёсшего его, что свидетельствует о серьёзности этого запрета. Сам Тавуси Мелек предостерегал последователей не злоупотреблять его именем, согласно езидским текстам: «О люди, соблюдающие мои повеления, отвергайте подобные речи и учения, ибо они не от меня».
Помимо семи главных Ангелов, езидский пантеон насчитывает 365 святых фигур (Xudan, Xas, Mêr, Babçak), каждая из которых связана с природными стихиями и явлениями. Худаны (xudan) рассматриваются как проявления Божьей силы и имеют власть над соответствующими феноменами, появившись после сотворения мира для управления четырьмя элементами природы — огнём, водой, землёй и воздухом — и их проявлениями. Особое значение имеет фигура Шешимса (Şêşims), Ангела солнца и члена Гептады, то есть семёрки главных ангелов, поскольку солнцу отводится центральная роль в езидской религиозной практике.
Езидский миф о происхождении человека уникален и фундаментально отличается как от авраамических, так и от зороастрийских представлений, представляя собой одну из наиболее характерных особенностей этой религии. Согласно езидской традиции, езиды происходят исключительно от Адама, минуя Еву, что радикально отделяет их от остального человечества и обосновывает их статус как избранного народа Б-га. Предание гласит, что после сотворения Адама Всевыш-й предложил ему и Еве состязание в плодовитости. Каждый из них поместил своё семя в отдельный кувшин (hawri или qula), которые были запечатаны и помещены на хранение. Спустя девять месяцев кувшины были открыты. Из кувшина Евы вышли скорпионы, змеи и прочие нечистые существа, тогда как из семени Адама родился прекрасный мальчик по имени Шехид бин Джер (Şehid bin Cer, также Шахид б. Джарр), который был взращен гуриями и стал родоначальником езидского народа. Затем Шехид бин Джер был женат на гурии из Рая, специально созданной для него Творцом.
Таким образом, езиды утверждают, что их род восходит только к Адаму через его сына Шехида, тогда как всё остальное человечество — мусульмане, христиане, иудеи — произошло от союза Адама и Евы. Эта концепция сообщает езидам статус «чистых потомков Адама» и «избранного народа Б-га», что находит выражение в езидском самоопределении Em miletê ezdaîn («Мы — народ божественного творения») и формуле Xwedê ez dam («Б-г создал меня»), подчёркивающих прямую связь с Творцом без «примеси» евиного рода.
Другой вариант мифа повествует о том, что Адам и Ева долгое время оставались бездетными. Тогда архангелы посоветовали им совершить омовение в реке Тигр и Евфрат, после чего семя Адама было собрано в кувшин, из которого впоследствии родился Шехид бин Джер. Эта легенда объясняет особую значимость воды в езидских ритуалах и табу на осквернение водных источников, поскольку вода рассматривается как священная стихия, участвовавшая в творении езидского народа.
Важно отметить, что езиды не отрицают Адама как общего праотца человечества, но настаивают на том, что между ними и «детьми Адама и Евы» существует онтологическое различие, заложенное в самой структуре мироздания. Это представление является основой для строжайших правил эндогамии: смешение с неезидами рассматривается не просто как религиозный проступок, но как нарушение самого порядка Творения, разрушающее божественную чистоту езидского рода и несущее угрозу существованию избранного народа.
Важным аспектом езидской космологии является концепция коасаса (kûasasa, koasas), представляющая собой периодическое нисхождение семи главных ангелов на землю в человеческих телах для обновления и реформирования религии. Согласно традиции, семь Святых Существ раз в несколько тысячелетий воплощаются среди людей, чтобы напомнить езидам о чистоте их веры и исправить возможные отклонения от истинного пути. Последний известный цикл коасаса связан с фигурой Шейха Ади, который в езидской космологии рассматривается как земное воплощение Тавуси Мелека или всех семи ангелов одновременно, что объясняет его исключительное положение в религиозной иерархии. Соратники и преемники Шейха Ади — Шейх Шамс ад-Дин, Шейх Фахр ад-Дин, Шейх Наср ад-Дин, Шейх Саджад ад-Дин и другие — также почитаются как воплощения отдельных ангелов из Гептады, что объясняет сакральный статус потомков Шейха Ади и обосновывает существование духовных каст в езидской общине.
Эта доктрина периодического обновления религии через божественные воплощения сближает езидизм с индийскими концепциями аватаров, хотя прямые исторические связи между этими традициями не установлены. Некоторые исследователи усматривают здесь влияние гностических и неоплатонических представлений о теургии и божественных эманациях, попавших в курдскую среду через посредство христианских и мусульманских мистических течений.
Вопрос о существовании езидских священных писаний является одним из наиболее спорных в современной науке и продолжает вызывать дискуссии среди исследователей. Традиционно в литературе упоминаются две книги: Мешеф Реш (курм. Meshefa Reş, что переводится как «Чёрная Книга») и Китебе Джилве (курм. Kitêba Cilwe, что означает «Книга Откровения»), обе впервые опубликованные в период с 1911 по 1913 годы и переведённые на европейские языки австрийским ориенталистом Максимилианом Биттнером по рукописям, якобы приобретённым у антиквара по имени Джереми Шамир в Мосуле.
Мешеф Реш приписывается Шейху Хасану, племяннику Шейха Ади, и излагает космогонию, историю сотворения мира из Перли (жемчужины), создание Адама и Евы, происхождение езидов от Шахида бин Джерра, список езидских правителей и религиозные запреты, завершаясь эсхатологическим повествованием о конечной битве Гога и Магога. Китебе Джилве представлено как откровение самого Тавуси Мелека, переданное Шейху Ади. В нём провозглашается всемогущество и суверенитет Ангела-Павлина над землёй, описываются его деяния, содержатся наставления последователям и предупреждения о наказании непокорных. Особое внимание уделяется запрету на проклятия и упоминание «проклятого», то есть Сатаны, а также указания почитать священные изображения синджак (sencax) и служителей культа.
Однако начиная с 1960-х годов подлинность этих текстов подвергается серьёзным сомнениям со стороны ведущих специалистов по езидизму. Филип Крайенбрук в своём фундаментальном исследовании «Yezidism: Its Background, Observances and Textual Tradition», опубликованном в 1995 году, убедительно показал, что Мешеф Реш и Китебе Джилве, скорее всего, являются подделками начала XX века, составленными либо христианскими миссионерами, либо самим Шамиром с коммерческой целью.
Аргументы Крайенбрука включают лингвистические анахронизмы, поскольку тексты содержат лексику и синтаксические конструкции, характерные для курманджи XX века, но не средневекового периода. Отсутствие рукописной традиции также вызывает вопросы: ни один езид из духовных каст не подтвердил знакомство с этими текстами до их публикации Биттнером, и у самих езидов не сохранилось ни одной рукописной копии этих книг. Некоторые положения текстов противоречат кевлам и другим устным преданиям, зафиксированным независимыми исследователями. Коммерческий контекст появления текстов совпал с ростом европейского интереса к «экзотическим» религиям Ближнего Востока, что создавало стимул для фальсификаций.
Тем не менее, Ханна Омархали в монографии «The Yezidi Religious Textual Tradition», опубликованной в 2017 году, отмечает, что хотя сохранившиеся версии Мешеф Реш и Китебе Джилве являются поздними компиляциями, они могут содержать фрагменты аутентичных устных преданий, записанных составителями. Некоторые езиды в диаспоре начали воспринимать эти тексты как священные, что создаёт парадоксальную ситуацию вторичной сакрализации изначально сомнительных источников. Несмотря на свою апокрифичность, тексты отражают некоторые аутентичные езидские верования и поэтому сохраняют историческое значение.
Современная академическая позиция однозначна: Китебе Джилве и Мешеф Реш не являются подлинными езидскими священными текстами и представляют собой компиляции начала XX века, составленные, вероятно, христианским миссионером или антикваром-коммерсантом с использованием фрагментов устных преданий, услышанных от езидов, внешних мусульманских и христианских описаний езидских верований, а также собственных домыслов составителя.
Истинным хранилищем езидской веры является устная традиция кевлов (курм. Qewl, множественное число Qewlê), священных гимнов и повествований, которые передаются из поколения в поколение представителями религиозной элиты, прежде всего кевалами (qewwal). Кевлы представляют собой стихотворные тексты религиозно-мифологического содержания, исполняемые речитативом или нараспев в сопровождении музыкальных инструментов, преимущественно бубна деф (def) и флейты шибаб (şibab). Каждый кевл имеет устоявшуюся метрическую структуру и традиционную мелодию. Репертуар кевлов насчитывает сотни текстов различной длины — от нескольких строк до обширных поэм — и тематики, охватывающей все аспекты езидской религиозной жизни.
Основные категории кевлов согласно классификации Омархали включают Qewlê Xwedê («Гимн Б-га»), древнейший кевл, описывающий сотворение мира и величие Творца; Qewlê Tawûsî Melek — гимны, посвящённые Ангелу-Павлину, его испытанию и возвышению; Qewlê Şêx Adî — повествования о жизни и чудесах Шейха Ади; Qewlê Afirîna Dinyayê («Гимн Сотворения Мира»), описывающий космогонию из Жемчужины; Du’â (молитвы) и Dirozge (благословения) — литургические тексты для ежедневных молитв и обрядов; Bayt и Qasîda — хвалебные поэмы в честь святых и ангелов; Qewlê Berê Şifakê — тексты, связанные с важнейшим ритуалом паломничества.
Ключевой характеристикой кевлов является их чрезвычайная вариативность. Омархали в своём полевом исследовании 2006-2010 годов зафиксировала до тридцати различных вариантов одного и того же кевла в разных общинах Ирака, Армении, Грузии, Германии и России. Варианты различаются не только по мелодике, но и по словесному составу — одни строки могут заменяться другими, порядок строф меняться, появляться или исчезать целые фрагменты.
Эта гибкость устной традиции не рассматривается езидами как искажение, но как естественное свойство живого религиозного знания. Каждый кевал наследует традицию от своего учителя, обычно отца или дяди, и передаёт её дальше с собственными интонационными и словесными нюансами. Однако существуют смысловые константы — ключевые теологические утверждения и символические образы, которые сохраняются во всех версиях независимо от локальных вариаций. Важную роль играет мелодия (kubrî в Ираке, kubir в Армении и Грузии), которая неотделима от текста. Один и тот же кевл может иметь несколько мелодий в зависимости от ритуального контекста — например, Qewlê Êzîd исполняется на трёх разных мелодиях: торжественной во время Tawûsgeran (процессии с синджаком), скорбной на похоронах и радостной на свадьбах религиозных лиц.
Акустический анализ, проведённый Омархали, показал, что мелодия способствует запоминанию и позволяет различать тексты, выполняя важную мнемоническую функцию в устной культуре.
Кевлы исполняются специально обученными религиозными лицами: Qewwal (кевал, множественное число qewwalî) — главные исполнители, происходящие из наследственных родов Думили (Dumilî) и Хекари (Hekarî), обучение которых начинается в раннем детстве, в возрасте 5-7 лет, и продолжается 15-20 лет; Feqîr (факир) — странствующие аскеты, также исполняющие кевлы, особенно во время процессий с синджаком; Ulmdar и Qewlbêj — термины для исполнителей в некоторых регионах.
Музыкальные инструменты включают Def (дэф, бубен) — основной ударный инструмент, символизирующий космический ритм, и Şibab (шибаб, тростниковая флейта) — мелодический инструмент, связанный с образом пастуха и пастырства душ. Исполнение на похоронах отличается строгим протоколом: два-три священника стоят у могилы, поют хором, аудитория стоит молча и неподвижно. Контрастом служат радостные исполнения на свадьбах и праздниках, где допускаются танцы и активное участие мирян.
Исторически в езидском обществе существовало табу на обучение грамоте, распространявшееся на все касты кроме одной линии шейхов — Аданийских шейхов (Şêxên Adaniyê), которым разрешалось читать и писать для ведения религиозных записей. Это табу имело несколько функций: защита от религиозного прозелитизма, поскольку неграмотность предохраняла езидов от воздействия исламской или христианской письменной пропаганды; сохранение эзотеризма, так как ограничение грамотности удерживало религиозное знание в руках узкой элиты; социальный контроль, поскольку табу укрепляло зависимость мирян, именуемых муридами, от духовных каст.
В XX веке это табу начало размываться. В 1920-30-х годах в Советской Армении для езидов была создана письменность на основе кириллицы, издавалась газета Рийа Таза («Новый Путь», позднее Данге Эздия — «Голос Езидов»), работали начальные школы на курманджи, однако религиозная элита в Лалише сохраняла консервативные позиции.
Радикальный перелом произошёл в 1990-х годах, когда образованные езиды из Ирака начали массово эмигрировать в Германию. Многие из них получили университетское образование и стали активными проводниками модернизации религиозной традиции. Профессор Филип Крайенбрук из Гёттингена отмечает, что если в 1980-х годах езиды ещё приходили к нему как к эксперту узнать о собственной религии, то к 2000-м годам «езиды сами вошли в академический мир» и стали создавать собственную научную традицию. Это привело к появлению нескольких езидских научно-культурных организаций: Общество Езидских Академиков (GEA — Gesellschaft Ezidischer AkademikerInnen) в Германии, крупнейшая езидская академическая организация, проводящая конференции и издающая научные сборники; Езидская Академия (Ezidische Akademie) в Ганновере, образовательное учреждение; Лалишский Культурный Центр (Lalish Cultural Center) в Дохуке, Ирак, исследовательский и образовательный центр при поддержке Курдского регионального правительства.
С конца XX века езидская религиозная традиция переживает процесс скриптурализации, то есть перехода от исключительно устной формы к частичной письменной фиксации, вызванный несколькими факторами: диаспорный контекст, поскольку в Европе, особенно в Германии, где проживает крупнейшая езидская диаспора, молодые поколения утрачивают владение курманджи и не имеют доступа к традиционным носителям устного знания; модернизационное давление, так как контакт с письменными религиями, такими как христианство и ислам, создаёт у части езидов ощущение неполноценности собственной традиции и стремление к её «легитимизации» через создание письменного корпуса; утрата традиционных носителей, поскольку геноцид 2014 года и предшествующие волны миграций привели к физическому уничтожению или рассеянию многих кевалов, пиров и шейхов, владевших полным репертуаром устных текстов.
В 2000-х годах в Германии при поддержке Общества езидских академиков был начат проект по систематической записи и публикации кевлов. Несколько томов кевлов были изданы на курманджи с немецким переводом, однако этот процесс вызвал острые дискуссии в самой общине.
Консервативная позиция, поддерживаемая духовным руководством в Лалише, включая Баба Шейха (Baba Şêx) и Духовный совет, настаивает на сохранении исключительно устной трансмиссии, аргументируя это тем, что священное знание должно передаваться лично от учителя к ученику с соблюдением ритуальной чистоты, письменная фиксация профанирует кевлы, делая их доступными непосвящённым и неезидам, живое исполнение с правильной интонацией и музыкальным сопровождением неотделимо от смысла текстов.
Модернистская позиция, распространённая в диаспоре, утверждает, что без письменной фиксации кевлы будут утрачены в условиях глобализации и ассимиляции, новые поколения не способны запоминать тысячи строк устных текстов и нуждаются в печатных изданиях, письменные тексты помогут противостоять искажениям и неверным интерпретациям езидизма в академической литературе и средствах массовой информации.
Вопрос о канонизации священных текстов остаётся открытым. В настоящее время не существует общепризнанного корпуса «священного писания» езидов, и разные группы используют различные сборники кевлов. Омархали отмечает, что процесс формирования письменного канона, если он вообще завершится, займёт десятилетия и потребует консенсуса между традиционалистами в Ираке и модернизаторами в диаспоре.
Геноцид 3 августа 2014 года нанёс катастрофический удар по системе устной передачи религиозного знания. По оценкам езидских культурных организаций, были убиты или пропали без вести несколько десятков кевалов, владевших полным репертуаром кевлов. Многие рукописные записи, такие как дневники и личные заметки, были уничтожены при разграблении домов. В диаспоре молодое поколение стремительно утрачивает владение курманджи. Исследование, проведённое в Германии в 2018 году, показало, что лишь 30% езидской молодёжи в возрасте от 15 до 25 лет способны понимать кевлы на слух, и менее 5% могут воспроизвести хотя бы один полный кевл по памяти. Это создаёт острую потребность в письменной фиксации, которая, однако, встречает сопротивление консервативной части общины.
Езиды совершают ежедневные молитвы (курм. duˆâ, nivêj), обращаясь лицом к солнцу. Традиционно существует пять времён молитвы, соответствующих движению солнца: Şefaqê berevanê — молитва на рассвете, перед восходом; Nivêja rojhelatê — молитва на восходе солнца; Nivêja nîvro — полуденная молитва в зените солнца, совершаемая лицом к Лалишу; Nivêja êvarê — послеполуденная молитва; Nivêja rojavayê — молитва на закате.
Однако на практике большинство современных езидов соблюдают лишь утреннюю и вечернюю молитвы, а наиболее религиозные добавляют полуденную. Перед молитвой обязательно ритуальное омовение (dest şiştin, abdest), аналогичное исламскому вуду, но с некоторыми отличиями, поскольку вода для омовения должна быть проточной или из священного источника, использование стоячей воды нежелательно. Молитва совершается стоя, с поднятыми руками, ладонями вперёд, взгляд обращён к солнцу или к его местоположению, если оно закрыто облаками. Молящийся произносит формулы призыва Б-га, Тавуси Мелека, Шейха Ади и других святых. В конце молитвы совершается земной поклон (secde) с касанием лбом земли.
Все молитвы открываются стандартным зачином «Bi destûrî Xwedê», что переводится как «С позволения Б-га», подчёркивающим необходимость божественного разрешения для любого религиозного действия. Следует особо подчеркнуть, что подлинные молитвенные тексты до сих пор передаются исключительно устно и не имеют канонической письменной формы. Письменные фиксации, появившиеся в XX и XXI веках, представляют собой попытки транскрипции устной традиции и могут варьироваться между различными линиями передачи. Каждая семья и каждый пир могут иметь свои вариации формулировок, что является нормой для живой устной традиции.
Молитвы передаются от родителей к детям в возрасте 5-7 лет. Первоначально ребёнок заучивает основные формулы путём многократного повторения вслед за родителями во время совместных молитв. К подростковому возрасту молодой езид должен знать наизусть полный цикл ежедневных молитв и основные благословения. Письменные молитвенники начали появляться только в конце XX века в диаспоре и используются преимущественно для обучения детей, не владеющих курманджи в достаточной степени.
Езиды молятся, обращаясь к солнцу, от трёх до пяти раз в день — на рассвете, восходе, в полдень, во второй половине дня и на закате, хотя большинство соблюдает только утреннюю и вечернюю молитвы. В полдень молятся лицом к Лалишу и гробнице Шейха Ади.
Лалиш (курм. Lalişa Nûranî, что означает «Светозарный Лалиш») представляет собой священную долину в горах Шейхан, примерно в 60 километрах к северо-востоку от Мосула в провинции Найнава, на территории Курдского региона Ирака, и является абсолютным духовным центром езидизма. Согласно преданию, именно здесь Тавуси Мелек впервые спустился на землю в образе павлина, и здесь Шейх Ади основал свою обитель в начале XII века, около 1111 года.
Архитектурный комплекс Лалиша включает несколько ключевых сооружений: гробница Шейха Ади (Quba Şêxadî), главная святыня, увенчанная характерными рифлёными коническими куполами (stûndar), которые стали архитектурным символом езидизма; внутри находится саркофаг Шейха Ади, покрытый цветными тканями, паломники обходят гробницу и целуют её стены. Мавзолей Шейха Шамс ад-Дина, одного из главных преемников Шейха Ади, также является важной частью комплекса. Священный источник Земзем (Kaniya Zemzemê), находящийся в пещере под гробницей Шейха Ади, обладает водой, которая считается целебной — паломники пьют её, омываются и набирают в сосуды для домашних ритуалов.
Источник Белой Воды (Kaniya Spî), второй важнейший водный источник, служит местом совершения ритуальных омовений и крещений младенцев (mor kirin). Мост Силат (Pira Silat или Pira Siratê), узкий каменный мост над ручьём, символизирует границу между профанным и сакральным мирами — паломник, проходящий по мосту, очищается от грехов. Оливковое дерево, древнее дерево на территории комплекса, под которым, по преданию, медитировал Шейх Ади, служит местом, где паломники повязывают на его ветви цветные ленты с просьбами о здоровье и благополучии. Храм с павлиньими изображениями хранит в одном из залов шесть из семи священных синджаков (sencax), бронзовых изображений павлина на длинном шесте, символизирующих Тавуси Мелека.
На всей территории Лалиша действует строжайший запрет на ношение обуви — паломники разуваются ещё у входных ворот комплекса и ходят босиком. Этот обычай подчёркивает святость земли Лалиша и единство паломников в их смирении перед сакральным. Роже Леско (Roger Lescot) в своей классической работе «Enquête sur les Yézidis de Syrie et du Djebel Sindjar», опубликованной в 1938 году, первым зафиксировал детальное описание архитектуры и ритуалов Лалиша.
Во время османского владычества езиды часто были лишены возможности совершать паломничество из-за враждебности мусульманских властей. В 1640 году османский султан издал фирман о закрытии Лалиша. Мавзолей Шейха Ади был превращён в медресе, а езидам запретили посещение. Лишь в XIX веке после ослабления центральной власти езиды смогли частично вернуть святыню. В XX веке режим Саддама Хусейна также периодически ограничивал доступ в Лалиш. После свержения режима в 2003 году и образования Курдского регионального правительства святыня была полностью передана в ведение езидской общины.
Джейна Джемайе (Cejna Cemaˆiyê, «Праздник Собрания»), также называемый Праздником Совета, представляет собой важнейший ежегодный религиозный фестиваль езидов, проводимый в Лалише в течение семи дней с 6 по 13 октября по григорианскому календарю (23 Îlon по езидскому календарю). Это событие собирает десятки тысяч паломников со всего мира.
Программа праздника включает период с 6 по 12 октября, когда происходит прибытие паломников и совершаются индивидуальные ритуалы, такие как омовение в источнике Земзем, обход гробницы и молитвы. Паломники приносят с собой пищу и организуют коллективные трапезы (sof). Езиды из диаспоры, прибывшие в Лалиш, проходят церемонию реинтеграции (nav dan, «обновление имени»), подтверждая свою принадлежность к общине.
Вечером 11 октября проводится торжественная вечерняя сема (semaˆ êvarê), ритуальный танец-молитва под аккомпанемент дефа (бубна) и шибаба (флейты). Участники образуют круг, двигаясь против часовой стрелки, и исполняют кевлы. Сема проводится духовными лицами в белых одеяниях, миряне наблюдают и могут присоединяться к пению.
Днём 11 октября совершается жертвоприношение быков (qebax). Несколько десятков быков закалываются по ритуалу, мясо варится в огромных котлах и раздаётся всем паломникам как священная трапеза (xudan). Это крупнейший акт коллективной жертвы в езидизме.
12 октября проводится центральный ритуал — обряд Бере Шибаке (Berê Şibakê). Группа паломников приносит из окрестностей связки хвороста и ритуальных растений, которые складываются в специальную решётчатую конструкцию перед входом в гробницу Шейха Ади. Конструкция символизирует обновление космического порядка. По некоторым интерпретациям Крайенбрука, это реликт древнего ритуала празднования Нового Года.
Вечером 12 октября проходит торжественная процессия с зажжёнными лампадами (çirax). Паломники зажигают 365 глиняных или металлических лампад, соответствующих 365 худанам, расставляя их по всей территории комплекса. Шествие сопровождается исполнением кевлов.
13 октября проводится завершающая сема и молитва. Паломники начинают расходиться, многие собирают освящённую землю из Лалиша, смешивают её с водой из Земзема и формируют небольшие шарики-амулеты (berat, буквально «разрешение», «благословение»). Бераты хранятся дома и используются в различных обрядах.
Езидский религиозный календарь включает как фиксированные по юлианскому или курдскому календарю, так и подвижные праздники, основные из которых составляют важную часть религиозной жизни общины. Серсаль или Чаршема Сор (Sersal или Çarşema Sor, что означает «Красная Среда» или «Красный Новый Год») отмечается в первую среду на или после 14 апреля по григорианскому календарю (1 Nîsan по юлианскому) и представляет собой езидский Новый Год, связанный с весенним равноденствием и обновлением природы.
Мифологическая основа этого праздника заключается в том, что согласно кевлам, в этот день Тавуси Мелек спустился на Землю, которая была покрыта льдом и находилась в состоянии хаоса. Ангел-Павлин расколол ледяную оболочку планеты, принеся тепло и жизнь. Красный цвет символизирует кровь земли, пробуждающейся к жизни.
Обряды включают окрашивание варёных яиц в красный и другие цвета — яйца символизируют космическую Перлу (dur), из которой был создан мир. Посещение кладбищ и украшение могил цветами и цветными лентами также является частью празднования. Зажигание священного огня (agirê şeref) у порога домов и святынь, приготовление особых блюд из пшеницы и мяса завершают праздничные обряды. В Лалише зажигаются 365 лампад, представляющих 365 дней года и 365 худанов.
Иде Ези (Îda Êzî, «Праздник Султана Эзида») отмечается в первую пятницу на или после 14 декабря и представляет собой трёхдневный пост с рассвета до заката в честь Султана Эзида, третьего ипостаси божественной триады или согласно другим интерпретациям — воплощения Тавуси Мелека. Иде Хызыр-Ильяс (Îda Xizir-Ilyas) проводится в середине февраля в честь двух святых пророков, почитаемых также в исламе и христианстве, и связан с началом сельскохозяйственного сезона. Праздник Сорока мучеников (Çile) отмечается через 40 дней после начала зимы в память о 40 езидских святых.
Тавусгеран (Tawûsgeran, «Носящие Павлина») представляет собой не фиксированный праздник, а ритуальную процессию, которая проводится в течение года, когда кевалы носят по езидским деревням синджаки, изображения павлина, в сопровождении религиозных гимнов, собирая пожертвования от общины. Это важнейший механизм поддержания связи между разбросанными общинами и духовным центром.
Система табу (haram, mendî) в езидизме чрезвычайно сложна и вариативна по регионам. Общие для всех групп запреты охватывают различные сферы жизни. Пищевые табу включают запрет на латук или салат-латук (khas), самое известное табу, для которого существует несколько объяснений: созвучие с xas («святой», «божественный»); предание о мученике XIII века, чья кровь окропила поле латука; латук ассоциируется с Тавуси Мелеком и поэтому неприкосновенен.
Тыква (kundir, qelewiz) запрещена в некоторых регионах Ирака. Запрет объясняется тем, что Б-г создал первый кувшин для семени Адама из тыквы. Цветная капуста (gule file) и окра (bamya) представляют собой региональные табу. Свинина (goşta berazê) запрещена, вероятно, этот запрет заимствован из ислама, однако он не абсолютный — в европейской диаспоре многие молодые езиды перестали соблюдать этот запрет. Рыба (masî), газель (xezal) и петух (dîk) составляют региональные табу, не универсальные. Петух ассоциируется с Тавуси Мелеком и в некоторых районах запрещён, в других — нет.
Цветовые табу включают запрет на синий цвет (şîn), который считается цветом Тавуси Мелека и поэтому табуирован для ношения в повседневной жизни. Синюю одежду не носят, синие предметы используются ограниченно. В то же время синий может присутствовать в ритуальном контексте.
Вербальные табу абсолютно запрещают произносить слово Şeytan («Сатана», «дьявол») и созвучные сочетания согласных š (sh) плюс t/ṭ. Это вызвано опасением оскорбить Тавуси Мелека, которого внешние критики отождествляют с падшим ангелом. Исторически нарушение этого табу могло повлечь смертную казнь от руки оскорблённого езида. Также избегаются слова mel’un («проклятый»), lânet («проклятие»), слова с корнем şeyt-. Филолог Виктория Аракелова зафиксировала лексические стратегии избегания этих корней в разговорном курманджи езидов Армении.
Поведенческие табу запрещают наступать на порог (paşê derî), так как на пороге обитают ангелы. Запрещено плевать на землю, воду или огонь, так как стихии священны. Запрещено брить усы мужчинам в традиционной среде. Запрещено мочиться стоя — моча считается нечистой, контакт с землёй должен быть минимизирован.
Сексуальные и брачные табу включают абсолютный запрет на экзогамию. Брак с неезидом карается отлучением (aforoz) или даже смертью в консервативных общинах. Запрет на межкастовые браки также является фундаментальным. Крайенбрук отмечает, что система табу выполняет функцию этнической границы, отделяющей езидов от окружающих народов и поддерживающей внутреннюю идентичность в условиях давления со стороны мусульманского большинства.
Езидское общество характеризуется жёсткой трёхкастовой системой, восходящей ко временам формирования религиозной общины в период с XII по XV века и закреплённой реформами потомков Шейха Ади. Принадлежность к касте определяется исключительно рождением и не может быть изменена в течение жизни. Браки между кастами строжайше запрещены под угрозой отлучения или, исторически, смерти. Три основные касты образуют иерархическую структуру езидского общества.
Шейхи (Şêx, множественное число Şêxan) представляют собой высшую духовную касту, претендующую на происхождение от Шейха Ади или его сподвижников, и делятся на три основных племени (ocax, «очаг»): Шамсани (Şamsanî), крупнейшее племя, возводящее род к Шейху Шамс ад-Дину, племяннику Шейха Ади. Из Шамсани избирается Баба Шейх (Baba Şêx), верховный духовный авторитет всех езидов. Баба Шейх выполняет функции, аналогичные папе римскому в католицизме, хотя его власть скорее духовно-консультативная, чем административная.
Адани (Adanî), возводящие род непосредственно к Шейху Ади, исторически только Адани имели право обучаться грамоте и вести религиозные записи. Катани (Qatanî), племя, из которого происходит Мир (Mîr), светский князь езидов. Мир выполняет функции политического лидера и судьи. Резиденция Мира находится в деревне Ба’адре близ Шейхана. Последний Мир, Тахсин Саид Бег, живший с 1933 по 2019 годы, пользовался огромным авторитетом и сыграл ключевую роль в объединении езидской общины после геноцида 2014 года.
Шейхи выполняют ключевые ритуальные функции: благословения, посвящения, освящение браков, похоронные обряды. Каждая семья муридов имеет своего шейха-покровителя (şêx-ê xwe), к которому обращается за духовным руководством и которому выплачивает ежегодный религиозный налог (fitrî).
Пиры (Pîr, множественное число Pîran) составляют вторую духовную касту, по статусу несколько ниже шейхов, но выполняющую не менее важные функции, и делятся на 40 племён, каждое из которых ведёт происхождение от одного из учеников или сподвижников Шейха Ади. Крупнейшие племена пиров включают Пир Хасан Мамани, Пир Фарес Диван и Пир Мам Реш. Пиры занимаются лечением, изгнанием злых духов (jin, şeytan), толкованием снов, благословением домов и полей. Они владеют тайным знанием (sir), включающим заклинания и кевлы, не доступные шейхам. Как и у шейхов, каждая семья муридов имеет пира-покровителя (pîr-ê xwe).
Муриды (Murîd, множественное число Murîdan) представляют собой мирян, составляющих от 90% до 94% всего езидского населения. Они не имеют специальных религиозных знаний и обязанностей, кроме соблюдения общих ритуалов и табу, и зависят от шейхов и пиров в духовных вопросах, будучи обязаны содержать их через налоги и подношения.
Помимо трёх каст, существуют специализированные религиозные роли, передаваемые по наследству внутри определённых семей. Кевалы (Qewwal, множественное число Qewwalan) являются профессиональными исполнителями священных гимнов и происходят из двух племён: Думили и Хекари. Кевалы совершают Тавусгеран, разносят синджаки по деревням, собирая пожертвования и исполняя кевлы. Они обладают монополией на знание и трансмиссию устной традиции. Обучение кевала начинается с детства и длится десятилетия. Репертуар включает сотни гимнов, которые должны быть заучены наизусть.
Феqиры (Feqîr, множественное число Feqîran) представляют собой аскетов, дервишей, носящих особое одеяние: чёрную шерстяную накидку (xerqe) и красный пояс. Феqиры ведут целибатную жизнь, практикуют медитацию и молитву, живут при святынях. Их функции близки к суфийским дервишам. Лишь небольшое число езидов избирает путь феqира.
Кочеки (Koçek, от турецкого küçük, что означает «маленький», или от курдского guh çak, что переводится как «хорошо слышащий») представляют собой экстатических танцоров и целителей, обладающих, по поверьям, даром ясновидения и слышания голосов из невидимого мира. Кочеки впадают в транс, во время которого получают прорицания и лечат душевные болезни. Их роль близка к шаманской. Крайенбрук отмечает, что институт кочеков ослабевает в современном езидстве.
Чавуши (Çawîş) представляет собой стража святыни Лалиша, обязанного соблюдать целибат и постоянно проживать в комплексе. Это почётная, но тяжёлая роль, связанная с большими ограничениями.
Уникальной чертой езидской социальной организации является институт двойного духовного покровительства и перекрёстных обязательств между кастами, известных как шейх-ре (şêxe-re, буквально «путь шейха») и пир-ре (pîr-e). Каждая семья муридов имеет наследственно закреплённых шейха и пира, которые выполняют все религиозные обряды для этой семьи: крещение детей, благословение браков, похоронные ритуалы, ежегодные благословения. В свою очередь, семья муридов обязана выплачивать ежегодный налог (fitrî, xirqe) шейху и пиру, предоставлять гостеприимство шейху и пиру во время их визитов, оказывать почтение и послушание.
Параллельно существует ещё более глубокая связь — брат или сестра по загробному миру (birayê/xuşka axretê). При рождении ребёнка родители выбирают ему духовного брата или сестру из касты шейхов или пиров. Это лицо становится посредником души в загробном мире. Без духовного брата или сестры душа не может попасть в Рай, поэтому связь рассматривается как абсолютно необходимая.
Ещё одна форма духовного родства называется penc ferz (пять обязанностей) и включает: шейха; пира; брата или сестру по загробному миру; духовного отца (bav-ê kurmancî); духовную мать (daya-kurmancî). Эта сложная система создаёт плотную сеть взаимных обязательств, пронизывающую всё езидское общество и укрепляющую внутреннюю солидарность. Одновременно она консервирует кастовую структуру, делая её трудноизменяемой.
Традиционно светская власть в езидской общине принадлежала Миру из племени Катани. Мир осуществлял судебные функции, представлял общину перед внешними властями, собирал налоги, организовывал защиту. Под Миром находились агх (агха), вожди отдельных племён и деревень. В XX веке эта структура подверглась значительным изменениям. В Ираке после свержения монархии в 1958 году и прихода баасистов к власти в 1968 году влияние Мира было ограничено. Саддам Хусейн проводил политику арабизации и ассимиляции курдов, включая езидов.
После 2003 года езиды оказались под властью Курдского регионального правительства, где доминирует Демократическая партия Курдистана Барзани. В 2012 году возник Лалишский Культурный Центр при поддержке Демократической партии Курдистана, который стал претендовать на роль альтернативной властной структуры, что вызвало конфликт с традиционным руководством, включающим Мира и Баба Шейха. Часть молодых интеллектуалов поддержала Лалишский Центр как более современную и секулярную организацию. Консервативное крыло обвинило его в попытке политизировать религию.
В диаспоре появились светские организации езидов, не связанные с традиционными религиозными структурами. В Германии создано более 60 езидских культурных обществ и ассоциаций. Они берут на себя функции, ранее выполнявшиеся шейхами и пирами: организация похорон, свадеб, образования. Это приводит к секуляризации и ослаблению влияния духовных каст, особенно среди молодёжи. Торстен Веттих (Thorsten Wettich), исследователь из Гёттингена, отмечает, что «структура обществ изменила многое в общине» — миряне, то есть муриды, стали брать на себя репрезентативные и педагогические задачи, ранее недоступные им.
Вопрос гендерного равенства также встаёт остро. Традиционная езидская общественная структура патриархальна. Женщины исключены из духовных каст кроме некоторых ролей целительниц, их главные функции — материнство и поддержание домашнего очага. В диаспоре молодое поколение езидских женщин требует равных прав, что вызывает конфликты с традиционалистами.
Современный Духовный Совет (Divana Ruhanî), учреждённый в 1960-х годах, объединяет Баба Шейха, Мира и представителей ведущих религиозных семей. Он выносит решения по религиозным вопросам, интерпретирует традицию, рассматривает споры, однако его власть ограничена консенсусом: в условиях географического рассеяния и отсутствия централизованной церковной иерархии Совет не может навязать единую позицию всем езидам. После геноцида 2014 года возникли новые организации защиты езидов: Езидский Верховный Духовный Совет, созданный в Германии, Офис по делам езидов при Курдском региональном правительстве в Ираке, различные правозащитные неправительственные организации. Их взаимодействие с традиционными структурами остаётся напряжённым.
Езидское учение о посмертной судьбе души существенно отличается от авраамических концепций линейного времени, охватывающего рождение, жизнь, смерть и вечность в Раю или Аду, и ближе к индийским представлениям о цикле перерождений. Центральным понятием является кирас-горхин (kiras gorîn, kirasê guhortin, буквально «смена рубашки или одежды»), переселение души из одного тела в другое. Смерть рассматривается не как конец существования, но как переход души в новое состояние, подобный смене одежды. Курдское слово kiras («рубашка», «одеяние») метафорически обозначает физическое тело, которое душа (ruh, can) временно населяет.
Езидская доктрина перерождений имеет несколько ключевых особенностей, определяющих её уникальность. Душа вечна и несотворима: в отличие от христианской и исламской традиций, где душа создаётся Б-гом в момент зачатия или рождения тела, езиды верят, что души существуют изначально в божественном мире и лишь временно воплощаются в земных телах.
Душа перерождается только в пределах езидской общины: езидская душа не может переродиться в теле мусульманина, христианина или представителя другой религии. Более того, она не может покинуть свою касту — душа мурида воплощается в муриде, душа шейха — в шейхе. Это космологическое обоснование кастовой эндогамии.
Карма и духовная эволюция определяют характер следующего воплощения в зависимости от нравственного поведения в прошлой жизни. Праведная жизнь ведёт к улучшению условий следующего рождения, грехи приводят к страданиям и лишениям в будущих воплощениях. Цель души — через серию воплощений очиститься от грехов и достичь совершенства, позволяющего ей вернуться к Б-гу.
Память о прошлых жизнях признаётся в езидизме: некоторые езиды утверждают, что сохраняют смутные воспоминания о прошлых воплощениях, особенно в детстве. Кевалы и пиры иногда помогают людям «вспомнить» свои прошлые жизни через медитацию и ритуалы.
В отличие от монотеистических религий, в езидизме отсутствует концепция вечного Ада. Согласно одному из наиболее распространённых преданий, Ад был создан Б-гом как место временного наказания для грешников. Однако Тавуси Мелек, после своего раскаяния и прощения Всевыш-м, 7 000 лет плакал, и его слёзы погасили адский огонь. С тех пор Ад не функционирует. Грешные души подвергаются очищению в череде перерождений, но не обречены на вечные муки.
Рай (Behişt, Cennet) мыслится как вечное блаженство в присутствии Б-га и Тавуси Мелека. Души, достигшие совершенства через многократные перерождения, освобождаются от цикла рождений и обретают покой в божественных сферах. Некоторые кевлы описывают Рай как сад с четырьмя реками, населённый ангелами и святыми — образность, заимствованная из исламской эсхатологии, но переосмысленная в свете езидской космологии.
После смерти душа встречается с биряе или хушка ахрете (biraye/xuşka axretê, «брат или сестра загробного мира»), которые были назначены ей при рождении. Этот духовный родственник из касты шейхов или пиров выступает как психопомп, проводник души через посмертные испытания. Без его помощи душа не может достичь Рая и обречена на блуждания. Это представление создаёт абсолютную зависимость мирян от духовных каст даже после смерти и служит мощным механизмом религиозного контроля. В европейской диаспоре молодёжь иногда критикует этот институт как форму манипуляции, однако он остаётся глубоко укоренённым в сознании традиционных езидов.
Езидские похоронные ритуалы сочетают элементы исламских, христианских и собственно езидских практик, представляя собой уникальный синтез различных влияний. Подготовка тела происходит следующим образом: после смерти тело омывается членами семьи того же пола. Обязательно присутствие шейха или пира, который совершает ритуальное очищение. Тело облачается в белые одежды. На лоб умершего помещают крупицу освящённой земли из Лалиша (berat), смешанной с водой Земзема. Эта земля служит знаком принадлежности покойного к езидской общине и должна облегчить душе путь к Раю.
Погребение происходит как можно скорее, желательно в день смерти, но европейские законодательства затрудняют соблюдение этого правила. Езиды хоронят своих умерших на отдельных кладбищах, совместное захоронение с иноверцами недопустимо. Тело кладут головой на восток, к восходу солнца, что символизирует обращение души к свету божественного мира. Могилу украшают камнями, иногда сооружают небольшой мавзолей (qube) над захоронениями святых или знатных лиц. На могилах высаживают цветы, в праздник Серсаль, то есть Новый Год, их посещают и украшают цветными лентами.
Траурные обряды предполагают, что семья умершего соблюдает траур в течение 40 дней. В этот период запрещено празднования, увеселения, ношение ярких одежд. Через 7 дней и через 40 дней после смерти совершаются поминальные обряды (xeyrat) с чтением молитв и раздачей милостыни. Отношение к кремации категорически отрицательное: кремация абсолютно недопустима в езидизме, так как огонь является священной стихией, а сожжение тела рассматривается как его осквернение. Эта позиция создаёт проблемы для езидов, живущих в странах, где кремация распространена, таких как Япония и некоторые европейские регионы.
Езиды считают, что на протяжении своей истории подверглись 73 геноцидам (по-езидски: firman, от персидского ferman, что означает «указ», «декрет»). Это число имеет символическое значение, но отражает реальность систематических преследований на протяжении веков. Причины преследований многообразны и включают обвинение в «дьяволопоклонничестве», поскольку мусульманские и христианские богословы отождествляли Тавуси Мелека с Иблисом или Сатаной, что делало езидов объектом религиозной ненависти. В исламской юриспруденции езиды не признавались «людьми Писания» (ahl al-kitab), не пользовались защитой dhimmi и юридически могли быть убиты или обращены в рабство.
Политические мотивы также играли роль, поскольку езидские эмираты, особенно в Шейхане и Синджаре, часто вступали в конфликты с османскими властями, отказываясь платить налоги и выставлять рекрутов в османскую армию, что приводило к карательным экспедициям. Экономические причины заключались в том, что езидские земли находились в плодородных регионах, их завоевание приносило османским пашам земельные владения и рабов.
Основные волны преследований маркируют трагическую историю езидского народа. В 1640 году османский султан Мурад IV издал фирман о ликвидации езидизма. Гробница Шейха Ади в Лалише была превращена в исламское медресе. Кости святого были эксгумированы и сожжены по одним источникам или выброшены по другим. Около 3 000-3 060 езидов были убиты. Паломничества в Лалиш были запрещены на многие десятилетия.
В период с 1832 по 1833 годы Мухаммед Решид-паша, правитель Диярбакыра, провёл серию карательных экспедиций против курдских эмиратов, включая езидские. Тысячи езидов были убиты или обращены в рабство. Святыни в Шейхане подверглись разграблению.
В 1892 году османский султан Абдул-Хамид II, правивший с 1876 по 1909 годы, организовал кампанию насильственной исламизации езидов. Сотни детей были отняты у родителей и отданы в мусульманские семьи для воспитания. Многие взрослые были принуждены к «добровольному» принятию ислама. Святыня Лалиша снова была конфискована и превращена в мусульманскую школу.
Геноцид армян в период с 1915 по 1918 годы, хотя основной мишенью османских властей были армяне, также затронул езидов. В районах совместного проживания армян и езидов, таких как Диярбакыр и Мардин, курдские племенные ополчения, мобилизованные османами, убивали и грабили езидов наряду с христианами. Некоторые езиды, однако, укрывали армян, спасая их от резни.
Режим Саддама Хусейна в период с 1968 по 2003 годы проводил политику насильственной арабизации Северного Ирака. Езидские деревни в Синджаре и Шейхане разрушались, жители переселялись в «коллективные посёлки» под контролем армии. В 1970-80-х годах езидам запрещалось строить новые храмы, издавать религиозную литературу. Тысячи езидов были мобилизованы в иракскую армию во время ирано-иракской войны с 1980 по 1988 годы и войны в Кувейте с 1990 по 1991 годы, многие погибли.
3 августа 2014 года боевики самопровозглашённого Исламского Государства, известного как ИГИЛ или ДАИШ, начали штурм езидского района Шингал или Синджар в провинции Найнава, Ирак. Этот день стал началом крупнейшего геноцида XXI века по отношению к езидам. Предыстория событий такова: после свержения Саддама Хусейна в 2003 году Синджар попал в «серую зону» между территорией, контролируемой Курдским региональным правительством, и зонами, остававшимися под властью багдадского правительства. Езиды, составлявшие большинство населения района, около 400 000-500 000 человек до 2014 года, полагались на защиту курдских сил пешмерга. Однако в начале августа 2014 года, когда Исламское Государство нанесло массированный удар, силы пешмерга неожиданно отступили, оставив езидов беззащитными.
Утром 3 августа 2014 года боевики Исламского Государства атаковали Синджар с трёх направлений. Силы пешмерга, не оказав сопротивления, покинули позиции. Десятки тысяч езидов бежали на гору Синджар, где оказались в блокаде без пищи, воды и медикаментов в условиях 50-градусной жары.
В период с 3 по 5 августа Исламское Государство занял город Синджар и окружающие деревни. Началась планомерная резня. Боевики ходили от дома к дому, выявляя езидов. Мужчин старше 12-14 лет расстреливали на месте или вывозили на казнь в пустыню. Женщин и детей захватывали в плен. По свидетельствам выживших, боевики ставили езидам ультиматум: «Принять ислам или умереть». Тех, кто отказывался, убивали немедленно.
В деревне Коджо (Kocho), где проживало около 1 200 человек, Исламское Государство организовал показательную резню: всех мужчин и мальчиков старше 12 лет, около 600 человек, расстреляли в поле. Женщин и девочек увезли в сексуальное рабство.
С 6 по 15 августа на горе Синджар оказалось около 50 000-70 000 езидов, многие из них старики, женщины, дети. Начался гуманитарный кризис: люди умирали от обезвоживания, теплового удара, голода. Несколько десятков езидских бойцов вместе с курдскими отрядами Рабочей партии Курдистана и сирийских Отрядов народной самообороны пытались держать оборону и пробивать коридоры для эвакуации.
15 августа после международного давления и угрозы гуманитарной катастрофы Соединённые Штаты Америки нанесли первые авиаудары по позициям Исламского Государства. Курдские силы открыли гуманитарный коридор через Сирию в Курдистан, по которому удалось эвакуировать большую часть осаждённых.
Масштабы геноцида потрясают своими размерами. Согласно данным, собранным Офисом по делам похищенных езидов при Курдском региональном правительстве, Международной комиссией Организации Объединённых Наций и правозащитными организациями, убито от 5 000 до 10 000 езидов. Точное число неизвестно из-за продолжающихся эксгумаций массовых захоронений. Захвачено в плен около 6 800 человек, преимущественно женщины и дети. Из них до 2020 года освобождено около 3 500, судьба остальных неизвестна.
Сексуальное рабство коснулось тысяч езидских девочек и женщин, которые были проданы боевикам Исламского Государства как сабайя, сексуальные рабыни. Их продавали на невольничьих рынках по цене от 10 до 150 долларов. Многие подверглись множественным изнасилованиям, пыткам, принудительным обращениям в ислам. Некоторые совершили самоубийство. Обнаружено более 200 массовых могил в районе Синджара, эксгумация и идентификация жертв продолжаются. Около 360 000 езидов бежали из Синджара, большинство до сих пор живут в лагерях для внутренне перемещённых лиц в Курдском регионе Ирака.
Международная реакция последовала с некоторой задержкой. В марте 2015 года Европарламент признал действия Исламского Государства против езидов геноцидом. В августе 2016 года Специальный докладчик Организации Объединённых Наций Адама Диенг заявил, что действия Исламского Государства против езидов «явно соответствуют критериям геноцида». В январе 2021 года Парламент Ирака принял Закон о езидских выживших (Yazidi Survivors Law), предусматривающий компенсации жертвам геноцида, программы репатриации и реабилитации.
В 2021 году Германия начала судебные процессы против боевиков Исламского Государства за геноцид езидов. В феврале 2021 года гражданин Ирака Таха аль-Джумайли был приговорён к пожизненному заключению за убийство 5-летней езидской девочки, которую он держал в рабстве.
В 2018 году Нобелевская премия мира была присуждена Надии Мурад, езидской правозащитнице, пережившей рабство у Исламского Государства, «за усилия по прекращению использования сексуального насилия в качестве оружия войны». Её мемуары «The Last Girl», опубликованные в 2017 году, стали международным бестселлером и привлекли внимание мировой общественности к судьбе езидов.
Долговременные последствия геноцида 2014 года стали экзистенциальной катастрофой для езидской общины, включая демографический кризис, поскольку потеря тысяч жизней и массовая эмиграция привели к резкому сокращению численности езидов в Ираке. Психологическую травму испытала практически каждая езидская семья, потерявшая кого-то из родственников или знающая жертв геноцида. Распространены посттравматические расстройства.
Разрушение социальной структуры произошло из-за того, что многие духовные лидеры, такие как шейхи и пиры, были убиты. Традиционные связи между кастами нарушены в условиях лагерей для внутренне перемещённых лиц. Проблему возвращения в Синджар усугубляет то, что регион остаётся нестабильным. Контроль над ним оспаривают Курдское региональное правительство, багдадское правительство, Рабочая партия Курдистана и шиитские милиции. Многие езиды не хотят возвращаться из-за отсутствия безопасности и инфраструктуры.
Профессор Томас Шмидингер (Thomas Schmidinger) в работе «The Yezidis in Northern Iraq after the Islamic State Attack», опубликованной в 2019 году, анализирует политические и социальные последствия геноцида для общины, показывая глубину трансформаций, которым подверглось езидское общество.
Езидизм представляет собой уникальный религиозный феномен, сочетающий элементы древнеиранских верований, суфийского ислама, христианства и гностических учений в оригинальную синкретическую систему, развивавшуюся на протяжении более чем 8 столетий. Закрытость общины, преобладание устной традиции и систематические преследования создали вокруг езидизма ореол таинственности, породили многочисленные мифы и искажения, которые до сих пор распространены в популярной культуре и даже в некоторой научной литературе. Современная наука, опираясь на полевые исследования Леско, Крайенбрука, Омархали, Аллисон и других специалистов, постепенно восстанавливает реальную картину езидской религии, освобождая её от стереотипов «дьяволопоклонников» и романтизации «последних зороастрийцев», представляя езидизм как живую традицию со сложной социальной организацией, развитой мифологией и богатым ритуальным наследием.
Галерея
Храм Чел Мера, или «Храм сорока мужчин», на высочайшей вершине гор Синджар в северном Ираке. Храм настолько древний, что никто не помнит, как он получил это название, однако считается, что оно происходит от погребения сорока мужчин на этом месте на вершине горы.
Источники:
Теймураз Авдоев — «Историко-религоведческий аспект Езидизма. В 2-х томах» (изд. Касталия, 2018)
Açıkyıldız, Birgül. The Yezidis: The History of a Community, Culture and Religion. London: I.B. Tauris, 2010.
Allison, Christine. The Yezidi Oral Tradition in Iraqi Kurdistan. Richmond: Curzon, 2001.
Amnesty International. Escape from Hell: Torture and Sexual Slavery in Islamic State Captivity in Iraq. 2014.
Düchting, Johannes. Die Kinder des Engel Pfau: Religion und Geschichte der kurdischen Yezidi. Köln: Komkar, 2004.
Fuccaro, Nelida. «Communalism and the State in Iraq: The Yazidi Kurds, c. 1869–1940.» Middle Eastern Studies 35, no. 2 (1999): 1–26.
Guest, John S. Survival among the Kurds: A History of the Yezidis. London: Kegan Paul International, 1993.
Joseph, Isya. Devil Worship: The Sacred Books and Traditions of the Yezidiz. Boston: Richard G. Badger, 1919.
Kreyenbroek, Philip G. Yezidism: Its Background, Observances and Textual Tradition. Lewiston, NY: Edwin Mellen Press, 1995.
Kreyenbroek, Philip G., and Khalil Jindy Rashow. God and Sheikh Adi are Perfect: Sacred Poems and Religious Narratives from the Yezidi Tradition. Wiesbaden: Harrassowitz, 2005.
Kreyenbroek, Philip G., Z. Kartal, Khanna Omarkhali, and Kh. J. Rashow. Yezidism in Europe: Different Generations Speak About Their Religion. Wiesbaden: Harrassowitz, 2009.
Lescot, Roger. Enquête sur les Yézidis de Syrie et du Djebel Sindjar. Beyrouth: Institut Français de Damas, 1938.
Omarkhali, Khanna. The Yezidi Religious Textual Tradition: From Oral to Written. Categories, Transmission, Scripturalisation and Canonisation of the Yezidi Oral Religious Texts. Wiesbaden: Harrassowitz, 2017.
Rodziewicz, Artur. «The Nation of the Sur: The Yezidi Identity Between Modern and Ancient Myth.» In Rediscovering Kurdistan’s Cultures and Identities, edited by Joanna Bocheńska, 259–326. New York: Palgrave Macmillan, 2018.
Schmidinger, Thomas. The Yezidis in Northern Iraq after the Islamic State Attack. 2019.
Spät, Eszter. The Yezidis. London: Saqi Books, 2005.
Tagay, Sefik, and Serhat Ortaç. Die Eziden und das Ezidentum: Geschichte und Gegenwart einer vom Untergang bedrohten Religion. Hamburg: Landeszentrale für politische Bildung, 2016.
United Nations Human Rights Council. «They Came to Destroy»: ISIS Crimes Against the Yazidis. Report of the Independent International Commission of Inquiry on the Syrian Arab Republic, A/HRC/32/CRP.2, 15 June 2016.
Yazda: Global Yazidi Organization. Yazidi Genocide: The Plight of the Yazidi Minority in Iraq. 2015.
Add Comment - Добавить Комментарий