Мир эзотерического масонства

Золотой брат, серебряный брат

Александр Рыбалка

Из всей художественной литературы, посвященной масонству, особо заметно творчество Виктора Пелевина. И среди прочих его книг особо хотелось бы выделить повесть «Храмлаг», вошедшую в сборник «Лампа Мафусаила».

Сразу скажу, что для масонов эта книга просто обязательна к прочтению. Для тех немногих, кто еще не прочел «Храмлаг», вкратце перескажу его сюжет (стараясь, впрочем, сохранить интригу, чтобы потенциальный читатель не утратил интереса).

Сюжет повести развивается с 1917-го по 1961 годы. Большевики, захватившие власть на территории Российской империи, решают избавиться от масонов, которых считают потенциальными конкурентами. И ссылают их как можно дальше – на остров Новая Земля.

Однако и в нечеловеческих условиях, где никто из заключённых не проживает дольше трех-пяти лет, масоны продолжают свои работы.

Результаты публикуются в лагерной газете с мотивирующим названием «Под вой пурги». А поскольку бумага на Новой Земле – дефицит, то каждый новый номер газеты татуируют прямо на коже очередного заключенного. В его задачу входит подойти к каждому заключенному брату, и дать ознакомиться с очередным протоколом ложи – вот почему так ээк называется «доходягой».

Цель работ, которые проводят в Храмлаге на Новой Земле – привлечение Божественного Света. Работы двигались бы скорее —  но, как уже говорилось, слишком часто сменяются поколения заключенных… Собственно, мы узнаем эту историю со слов единственного долгожителя Храмлага, которого называют Мафусаилом. А «лампа Мафусаила», которая дала название сборника – это абажур, обтянутый кожей брата-долгожителя, на котором вытатуирован очередной номер газеты «Под вой пурги»…

Если в лампу ввернуть лампочку (которой является наше читательское внимание), то на стене мы увидим тени. Это рассказ Мафусаила о Храмлаге. Или номер газеты – собствено, это одно и то же. Лампа Мафусаила – это не Мафусаил, давно умерший на Новой Земле. Это вы, уважаемый читатель.

В дальнейшем лампа будет передана в подарок английским масонам – но они не сразу оценили подарок по достоинству…

Впрочем, не буду пересказывать потенциальным читателям события книги, а вернемся в Храмлаг.

Любителей эзотерического масонства особенно привлечет то, что «собрания масонов Храмлага проходили по уставу Мемфис-Мицраим», — пишет Пелевин. «Это кажется несколько неожиданным, но вполне возможным».

На самом деле в царской России устав Мемфис-Мицраим широкого распространения не получил – или, наоборот, получил, но в слишком высоких кругах, недоступным обычным людям. Известно, например, что царя Николая II неоднократно посещал Жерар Энкосс (Папюс), бывший в то время Национальным Иерофантом устава Мемфис-Мицраим во Франции. Существует мнение, что в Царском Селе была открыта ложа, куда вошли и Государь император, и его дядя Николай Николаевич, Верховный Главнокомандующий. Однако была ли эта ложа масонской или мартинистской, пока установить не удалось.

В 1906-м году в Санкт-Петербург прибыл поляк Чеслав Чинский, вскоре получивший от Папюса диплом на представительство в России ордена мартинистов. Известно также, что Чинский имел высшие градусы устава Мемфис-Мицраим, а в октябре 1910-го года встречался с Николаем II. В дальнейшем имя Чинского будет неоднократно фигурировать на процессах времен Большого Террора (он успел посвятить в России немало людей), но сам оккультист в 1932-м году умер.

В Храмлаге (в который, к счастью, не успел попасть Чинский, но где оказалось множество его учеников) масонские регалии шьют из кожи местной живности:

«Ученик – простой фартук из шкуры моржа.

Подмастерье – фартук из нерпичьей шкуры.

Мастер – фартук из нерпичьей шкуры с тремя песцовыми розетками.

Надзиратель и судья – фартук из шкуры морского зайца.

Смотритель построек – фартук из нерпичьей шкуры с каймой из песца.

Князь Иерусалимский – фартук и лента из песца».

Как мы видим, это все градусы ДПШУ (Древнего и принятого Шотландского устава). Это вполне логично – за 3-5 лет пребывания в Храмлаге никто не успевал получить высоких градусов. (Градус мастера реально получить за год, а за 5 лет начать восхождение по Шотландскому Уставу).

«В масонской иерархии Храмлага он (Мафусаил – А.Р.) поднялся до уровня «Герметический Философ» (17 градус четвертой степени устава Мемфис-Мицраим)».

Мафусаил умирает с 1956-м году, просидев в Храмлаге порядка 20-ти лет. Сейчас  попробует разобраться с его градусом.

Пелевин называет его не по номеру (например, 33—й градус), а по названию – «Герметический философ». Такой градус действительно есть в уставе Мемфис-Мицраим, и он имеет номер – 43-й.

Для тех, кто внимательно следит за творчеством Пелевина, это число говорит многое.

Вспомним роман «Числа», посвященный числу 34. С этим числом отождествляет себя главный герой, котрого Ванга (в книге – слепая пророчица Бинга) называет «солнечным братом». У этого есть подоплека  — герой романа считает священным слово «САН-34».

У него есть антагонист – лунный брат, отождествляющий себя с Луной и цифрой 43. Между ними – вся возможная разница, и даже чуточку больше. Однако сумма «солнечного брата» и «лунного брата» все равно составляет 77 – ровно столько градусов вначале было в уставе Мицраим… Именно соединение «солнечного» и «лунного», черного и белого составляет единство в масонском храме.

Конечно, за 20 лет в масонстве можно «дослужиться» и до более высоких градусов, чем 43-й – но тогда не было бы отсылки к «лунному брату» из романа «Числа»…

Лунный брат появится в книге еще раз – в последней повести «Подвиг Капустина», где Брат Месяц инструктирует генерала российских спецслужб…

История Храмлага официально заканчивается 30 октября 1961 года, когда советские власти, отчавшись не то что справиться с масонами, а хотя бы установить с ними какой-то контакт, сбрасывают на Новую Землю термоядерную бомбу.

Впрочем, пустая трата денег. Масоны пережили и «Царь-бомбу», и Советскую власть, и будут жить до тех пор, пока останется читатель, включающий «лампу Мафусаила».