Забор длиною в континент

Представьте себе проволочную стену, тянущуюся через пески, солончаки и скалы на протяжении 5614 километров — дальше, чем от Лиссабона до Москвы. Она рассекает Австралию пополам, и каждый день вдоль неё едут патрульные машины, осматривая каждый метр сетки. Официально всё это ради того, чтобы дикие собаки динго не пожирали овец. Неофициально — вокруг этого сооружения сплелось столько теорий, подозрений и мифов, что забор давно перерос свою утилитарную функцию и превратился в символ: символ того, как человек делит мир на «своё» и «чужое», на контролируемое и дикое, на безопасное и пугающее.

Забор от динго — Собачий забор y городa Кубер-Педи

Австралия сама по себе — место, бросающее вызов привычной логике. Единственная страна, занимающая целый континент, раскинулась на площади около 7,7 миллионов квадратных километров, причём почти 70% этой территории — иссушённые пустыни и полупустыни, где дневная температура поднимается до 50 °C. Именно здесь, на острове Мидл-Айленд архипелага Решерш, находится озеро Хиллиер с водой ярко-розового оттенка, природа которого до сих пор не получила исчерпывающего научного объяснения. Вдоль северо-восточного побережья тянется на 2300 километров Большой Барьерный риф — крупнейшая живая структура на планете, различимая даже из космоса. Около 80% животных, населяющих этот континент, не встречаются больше нигде на Земле: утконос, откладывающий яйца и вооружённый ядовитыми шпорами на задних лапах у самцов; вомбат, производящий помёт кубической формы — единственное существо в мире с подобной особенностью, что позволяет его «меткам» не скатываться с камней и брёвен. Из 25 наиболее ядовитых змей мира 21 вид обитает именно на австралийском континенте, то есть здесь ядовитых змей больше, чем неядовитых. Кенгуру на этой земле примерно вдвое больше, чем людей, а австралийские Снежные горы получают больше снега, чем Швейцарские Альпы, являясь крупнейшим горнолыжным районом всего Южного полушария.

Южноавстралийский город Кубер-Педи, мировая столица опалов, воплощает абсурдную логику этого континента с поразительной наглядностью. Из-за невыносимого зноя большинство его жителей обустроили свои дома, церкви, магазины и даже отели в подземных полостях, вырубленных прямо в скальной породе. Жизнь здесь буквально уходит под землю, словно на поверхности слишком жарко не только для тела, но и для самого понятия цивилизации. В таком мире — перевёрнутом, парадоксальном, не поддающемся европейским мерилам — и появились сверхдлинные заборы, ставшие визитной карточкой австралийского способа решать проблемы.

Первой такой проблемой стали кролики. В 1859 году некий Томас Остин выпустил на своей ферме в штате Виктория 24 кролика — ради забавы, ради охоты, ради ощущения, что кусочек английского пейзажа переселился вместе с ним на другой конец света. Никто тогда не мог вообразить последствий: за несколько десятилетий потомство этих двух дюжин особей разрослось до сотен миллионов, а к 1920-м годам популяция перевалила за 10 миллиардов. Кролики пожирали растительность, обнажая почву, провоцируя эрозию, превращая пастбища в пустыню. Множество видов местных растений и животных исчезли навсегда. Ответом стал Забор против кроликов — точнее, три забора в Западной Австралии, самый протяжённый из которых, под номером один, вытянулся на 1833 километра. Возводили их в начале XX века, спеша опередить серую лавину, катившуюся с востока на запад. Кроличьи заборы не спасли ситуацию полностью, но обозначили принцип: если нечто угрожает австралийскому укладу жизни — строй стену.

Собачий забор отмечен фиолетовой линией

Вторым воплощением этого принципа стал Забор Динго, возникший даже раньше кроличьих заграждений. Овцеводы юго-восточной Австралии к 1880-м годам несли катастрофические убытки от нападений динго — диких псовых, рыскавших по аутбэку. Первоначально фермеры ставили разрозненные ограды вокруг собственных угодий, но постепенно отдельные фрагменты стали соединяться между собой. К 1940-м годам множество локальных секций слились в единую непрерывную линию, пересекающую три штата: Квинсленд, Новый Южный Уэльс и Южную Австралию. Итоговая протяжённость — 5614 километров — сделала его самым длинным забором в мире, превосходящим по длине Великую Китайскую стену. Высота ограждения составляет около 1,8 метра над поверхностью, а в грунт оно уходит на 30 сантиметров, чтобы динго не могли подкопаться. Конструкция представляет собой проволочную сетку на деревянных и стальных столбах, местами увенчанную колючей проволокой.

Содержание этого колоссального барьера обходится приблизительно в 10 миллионов австралийских долларов ежегодно. Специальные патрульные бригады каждый день объезжают участки, выискивая повреждения, нанесённые наводнениями, ржавчиной, упавшими деревьями, кенгуру, которые на полном ходу врезаются в сетку, а также верблюдами и вомбатами, подрывающими основание. Последние создают особую головную боль: они роют норы прямо под забором, и эти подземные ходы становятся лазейками, через которые динго просачиваются на «защищённую» сторону.

Экологические последствия этого сооружения оказались грандиозными и непредвиденными. Забор фактически разделил континент на две отдельные экосистемы. К юго-востоку от него раскинулась зона овцеводства, практически свободная от динго. К северо-западу осталась территория, где динго по-прежнему правят как верховные хищники. Отсутствие динго на «овечьей» стороне повлекло взрывной рост популяций кроликов, кенгуру и лисиц, и каждый из этих видов, не сдерживаемый природным хищником, принялся наносить колоссальный ущерб растительному покрову и местной фауне. Учёные из Университета Нового Южного Уэльса провели сравнительные исследования экосистем по обе стороны забора и обнаружили разительные различия: там, где присутствуют динго, растительный покров оказался значительно здоровее, поскольку динго естественным образом контролируют численность травоядных. Возник поразительный парадокс — сооружение, задуманное для защиты сельского хозяйства, одновременно разрушает природный баланс на той самой стороне, которую оно призвано оберегать.

Сегодня забор функционирует и считается объектом критической инфраструктуры. Вокруг него не утихают дебаты: часть учёных и экологов настаивают на демонтаже, полагая, что реинтродукция динго оздоровит экосистему юго-востока, тогда как овцеводы отвергают эту идею категорически, видя в заборе последний рубеж защиты своего промысла. Спор между экологией и экономикой, между природой и укладом жизни — это лишь верхний слой. Под ним лежит нечто гораздо более запутанное и тревожное: густая сеть конспирологических теорий, которые окутывают забор, словно пустынный мираж.

Первая и, пожалуй, наиболее болезненная из этих теорий утверждает, что истинной целью забора был не скот, а люди — коренное население Австралии. Чтобы оценить эту версию, необходимо погрузиться в контекст колониальной эпохи. С момента прибытия Первого флота в 1788 году британские поселенцы систематически уничтожали аборигенов — войнами, болезнями, голодом, принудительным переселением. К 1880-м годам, когда возводились первые секции забора, на континенте действовала система «протекторатов» и «резерваций», представлявших собой, по сути, концентрационные зоны для коренного населения. Одновременно формировалась политика «Украденных поколений»: государственная программа принудительного изъятия детей аборигенов из семей, действовавшая с 1869 года и продолжавшаяся, по ряду свидетельств, до 1970-х годов. Цель провозглашалась с циничной откровенностью — «breed out the colour», вывести цвет кожи.

Конспирологи выстраивают цепочку: забор перерезал «тропы сновидений» — Songlines — древнейшую навигационную, юридическую, религиозную и культурную систему аборигенов, существующую не менее 65 000 лет. Аборигенная цивилизация построена на системе невидимых маршрутов, пронизывающих континент и одновременно являющихся устной библиотекой, юридическим кодексом и сакральной картой мира. Каждый клан хранил песни, описывавшие определённые участки тропы — ландшафт, источники воды, места охоты. Передавая песню следующему клану, аборигены передавали жизненно важную информацию на тысячи километров. Разрыв троп означал разрыв коммуникации между племенами, утрату коллективного знания и разрушение самого фундамента этой цивилизации. Сторонники теории указывают, что забор не просто случайно пересёк эти маршруты — он якобы целенаправленно проложен так, чтобы разорвать связи между общинами, не позволить родителям следовать за украденными детьми, а патрульные бригады одновременно выполняли функцию наблюдателей, докладывавших о передвижениях аборигенов. В качестве косвенных «улик» ссылаются на протоколы заседаний колониальных парламентов 1880–1890-х годов, где обсуждение забора нередко соседствовало с обсуждением «туземного вопроса», а также на Queensland Aboriginals Protection and Restriction of the Sale of Opium Act 1897 года — закон, принятый в том же штате и в тот же период и дававший «протекторам» право контролировать передвижение, труд и личную жизнь аборигенов.

Историки парируют: маршрут забора определялся границей распространения овцеводства и географией нападений динго, а многие участки проходят по необитаемой пустыне, где аборигенного населения практически не было. Тем не менее теория остаётся живучей, ведь колониальная политика Австралии действительно отличалась документально подтверждённой жестокостью — это не домысел, а исторический факт, официально признанный 13.02.2008 в речи премьер-министра Кевина Радда. Конспирологическое мышление просто расширяет эту признанную жестокость на забор, наделяя его скрытым умыслом.

Вторая теория переносит фокус с колониального прошлого на эпоху холодной войны. Австралия действительно служила секретным полигоном для западных военных программ, и факты, лежащие в основе этой версии, сами по себе звучат фантастически. В 1956–1963 годах Великобритания провела серию ядерных испытаний на полигоне Маралинга в Южной Австралии. Народ маралинга тьярутья не был полностью эвакуирован, люди подверглись радиоактивному заражению, а правительство десятилетиями скрывало масштаб загрязнения — территория была рассекречена лишь в 1990-х годах, полная деконтаминация завершилась только в 2000 году. В 18 километрах от Элис-Спрингс, в самом сердце континента, с 1970 года функционирует база Пайн-Гэп — одна из самых засекреченных разведывательных установок на планете, совместный американо-австралийский объект управления спутниками-шпионами, предположительно связанный с глобальной системой перехвата сигналов ECHELON, объединяющей разведки «Пяти глаз» — США, Великобритании, Канады, Австралии и Новой Зеландии. Ракетный полигон Вумера в Южной Австралии, действующий с 1947 года, занимает 127 000 квадратных километров — территорию, превышающую площадь всей Англии, — и использовался для испытаний ракет, управляемых снарядов и элементов противоракетной обороны.

На этом реальном фундаменте конспирологи выстраивают версию, что забор — часть скрытой системы наблюдения и контроля территории. Линия забора якобы создаёт естественный контрольно-пропускной рубеж между обжитым побережьем и диким аутбэком. Ежедневные патрули — это постоянно действующая разведывательная сеть, покрывающая тысячи километров; патрульные официально отчитываются перед сельскохозяйственными ведомствами, а неофициально — перед спецслужбами. Вдоль забора проложены линии связи и установлены ретрансляторы, формально для координации работ, а по версии конспирологов — как часть широкой системы мониторинга. Наиболее радикальное ответвление этой теории утверждает, что под забором или вблизи него расположены подземные бункеры и тоннели, соединяющие секретные военные объекты, — и в качестве подтверждения указывает на необъяснимые вибрации и гул, которые якобы слышат жители отдалённых поселений. Отдельным «доказательством» служит Конституционный кризис 1975 года, когда премьер-министр Гоф Уитлэм был смещён генерал-губернатором после того, как начал задавать вопросы о деятельности ЦРУ на территории страны, — событие, до сих пор окружённое множеством тайн и используемое конспирологами как свидетельство того, что военная инфраструктура Австралии находится под внешним управлением.

Третья теория — пожалуй, самая парадоксальная — строится на истории биологических войн, которые Австралия вела не с людьми, а с собственной фауной. Эти факты абсолютно достоверны и документально подтверждены. В 1950 году, отчаявшись справиться с кроличьим нашествием, правительство целенаправленно выпустило вирус миксоматоза, привезённый из Южной Америки. Первоначальный эффект был сокрушительным: в некоторых районах погибло до 99% кроликов. Это стало первым в истории случаем преднамеренного масштабного применения биологического агента против целого вида на уровне континента. Однако выжившие особи развили устойчивость, и популяция восстановилась. В 1995 году на острове Уордэнг у берегов Южной Австралии проводились секретные испытания кроличьего геморрагического вируса — кальцивируса (RHDV). Патоген вырвался с острова — случайно, а может, и не вполне случайно, как настаивают конспирологи, — и распространился по континенту, уничтожив около 10 миллионов кроликов за первые 8 недель. Параллельно разворачивалась ещё одна экологическая катастрофа: в 1935 году для борьбы с жуком-вредителем сахарного тростника были завезены тростниковые жабы с Гавайев, которые полностью проигнорировали жуков и принялись неудержимо размножаться, отравляя своим ядом местных хищников. Зона их распространения к нынешнему моменту охватывает сотни тысяч квадратных километров и продолжает расширяться.

Конспирологическая надстройка над этими фактами утверждает, что все «ошибки» были не ошибками, а последовательными экспериментами по управлению экосистемами, а Забор Динго — ключевой элемент этой системы, создающий контролируемую лабораторию континентального масштаба. По одну сторону забора — экосистема без верхового хищника, по другую — с ним. Фактически это крупнейший на Земле контролируемый экологический эксперимент, результаты которого якобы используются для разработки методов управления природными системами в глобальном масштабе. Наиболее экстремальная ветвь этой теории идёт дальше: опыт биологической войны Австралии против кроликов — это прототип для потенциального применения биологического оружия против людей, а забор — модель «зонирования», при котором патоген можно удержать в заданных границах. Конспирологи ссылаются на доклад «Global 2000 Report», подготовленный при президенте Картере в 1980 году, усматривая в нём планы сокращения мирового населения. Также утверждается существование засекреченной программы под условным названием «Resilience», в рамках которой якобы изучается, как быстро экосистемы восстанавливаются после целенаправленного шока — ядерного заражения на Маралинге, вируса миксоматоза, кальцивируса, — а забор позволяет сравнивать результаты по разные стороны барьера.

Четвёртая теория сплетает масонство, каббалу и оккультную географию в единый узор. Масонское присутствие в колониальной Австралии — не вымысел: первая ложа была основана в Сиднее в 1820 году, и к концу XIX века вольные каменщики занимали ключевые посты в колониальной администрации, судебной системе, полиции и землеустроительных органах. Многие губернаторы, премьер-министры штатов и мэры состояли в ложах. Архитектура Канберры — федеральной столицы, спроектированной в 1912 году Уолтером Бёрли Гриффином и его женой Мэрион, — изобилует геометрическими паттернами: треугольниками, осями симметрии, строгими пропорциями. Гриффин действительно был последователем Рудольфа Штайнера и антропософии, что придаёт дополнительную пищу конспирологическим спекуляциям.

Теория объединяет европейскую концепцию лей-линий, предложенную Альфредом Уоткинсом в 1921 году, с аборигенными «тропами сновидений», утверждая, что оба понятия описывают одно и то же явление — энергетическую сеть Земли, известную разным культурам под разными именами: «лунмай» (жилы дракона) в китайском фэншуй, «нади» в индийской традиции, каналы сфирот, отражённые в физическом мире, в каббалистическом учении. Забор Динго, по этой версии, целенаправленно проложен по линиям, «перерезающим» энергетические потоки континента. Масоны колониальной эпохи якобы владели оккультными знаниями — через герметическую традицию, розенкрейцерство и каббалу, — позволявшими картографировать энергетическую сеть любой территории. Цель — ослабить «духовную силу» земли, питавшую аборигенную цивилизацию на протяжении десятков тысячелетий. Забор в таком прочтении — не просто физический барьер, а ритуальное действо, символическое и энергетическое рассечение тела континента.

Любители числовой символики обращают внимание на длину забора: 5614 километров, сумма цифр — 5+6+1+4 = 16 = 1+6 = 7, число, обладающее огромным значением и в масонской, и в каббалистической традиции (семь ступеней, семь небес, семь дней Творения). Забор пересекает три штата — число, имеющее очевидную символику в масонстве. Проводится также параллель с Великой Китайской стеной, которая, по мнению некоторых эзотериков, являлась не только оборонительным, но и фэншуй-сооружением, регулирующим потоки «ци» на территории Китая. Разумеется, профессиональный нумеролог способен извлечь символику практически из любого числа, что делает подобные «доказательства» крайне ненадёжными.

Пятая теория вращается вокруг самих динго и окружена ореолом подлинных научных вопросов, на которые наука пока не дала окончательных ответов. Господствующая гипотеза гласит, что динго были завезены в Австралию мореплавателями из Юго-Восточной Азии 3500–5000 лет назад. Однако исследование, опубликованное в журнале Science Advances, выявило, что ДНК динго значительно отличается от ДНК большинства домашних собак: у динго обнаружены генетические маркеры, не встречающиеся ни у одной известной породы. Некоторые генетики предполагают, что линия динго отделилась от общего предка собак значительно раньше, чем принято считать. Исследования Университета Нового Южного Уэльса продемонстрировали, что динго решают задачи с «ящиком-головоломкой» на уровне, превосходящем способности большинства домашних собак, используя стратегии, более характерные для волков и даже приматов: сложную социальную манипуляцию, обучение через наблюдение и, по некоторым данным, примитивные инструменты.

На этом фундаменте конспирологи возводят версию о засекреченном «Проекте Кэнис», в рамках которого забор якобы не столько защищает овец, сколько удерживает динго в контролируемой зоне наблюдения. Утверждается, что в 1970–1980-х годах динго на «дикой» стороне забора демонстрировали признаки коллективного стратегического поведения, включая скоординированные атаки на патрульные машины. Аборигенная мифология подкрепляет этот мистический флёр: во многих традициях динго — не просто животное, а тотемное существо, посредник между миром людей и миром духов. Народ питьянтьятьяра называет динго «папа инура» — собака-дух. Некоторые мифы наделяют динго способностью перемещаться между измерениями реальности. Наиболее экстравагантная ветвь теории утверждает, что вой динго содержит уникальные инфразвуковые компоненты, способные воздействовать на нервную систему человека, а металлические элементы забора резонируют с этими частотами, создавая своеобразный экран, — впрочем, научных подтверждений тому не существует.

Шестая теория приземлённее остальных и вращается вокруг горнодобычи. Австралия занимает первое место в мире по запасам урана (около 28% мирового объёма) и бокситов, входит в тройку лидеров по железной руде, золоту, цинку и никелю. Горнодобывающая промышленность генерирует приблизительно 10% валового внутреннего продукта и составляет свыше 60% экспорта. Крупнейшие месторождения урана — Олимпик-Дэм в Южной Австралии, Рейнджер в Северной территории — расположены в аутбэке, а маршрут забора проходит в стратегической близости к ряду из них. Конспирологи утверждают, что гиганты BHP Group (основанная в 1885 году, в разгар строительства забора) и Rio Tinto (с британскими корнями и историческими связями с Ротшильдами — Натан Ротшильд был одним из ранних инвесторов) выполняют роль, выходящую далеко за рамки коммерции. Выстраивается цепочка: Ротшильды — Rio Tinto — колониальная администрация — забор. Указывают и на правовой контекст: до решения Верховного суда по делу «Мабо против штата Квинсленд» в 1992 году Австралия юридически рассматривалась как «terra nullius» — ничья земля, и забор, физически разграничивая «цивилизованные» и «дикие» территории, якобы создавал правовую основу для присвоения земель. В последние десятилетия значение приобрели редкоземельные элементы, критически необходимые для электроники, аккумуляторов, военных технологий и возобновляемой энергетики, и конспирологи видят в заборе часть инфраструктуры контроля доступа к этим стратегическим ресурсам в условиях нарастающего соперничества с Китаем.

Седьмая теория связывает забор с неопознанными летающими объектами — и австралийский аутбэк действительно является одной из мировых «горячих точек» по наблюдениям аномальных явлений. Королевские ВВС Австралии десятилетиями вели учёт подобных инцидентов, и эти файлы были рассекречены. 06.04.1966 более 200 учеников и учителей школы в Уэстолле, пригороде Мельбурна, наблюдали серебристый объект, совершивший посадку на поле рядом со школой, оставивший круг примятой травы и поднявшийся в воздух в сопровождении пяти небольших самолётов. Расследование проводилось, но результаты засекречены — это один из наиболее массово наблюдавшихся подобных инцидентов в мировой истории. В районе Мин-Мин в Квинсленде на протяжении более 100 лет регулярно наблюдаются загадочные светящиеся шары, перемещающиеся над землёй, следующие за наблюдателями, меняющие цвет и внезапно исчезающие — научные экспедиции не дали исчерпывающего объяснения, хотя одна из гипотез связывает их с атмосферной рефракцией (фата-моргана), не объясняя, впрочем, всех наблюдавшихся характеристик. Аборигены знали об этих огнях задолго до европейцев и считали их духами умерших. В 1988 году семья Ноуледж, путешествовавшая по шоссе Эйр вблизи линии забора, сообщила, что их автомобиль был поднят в воздух светящимся объектом; на крыше позже обнаружились повреждения и чёрная пыль, направленная на анализ в несколько лабораторий, — результаты которого так и не были полностью обнародованы.

Конспирологи выдвигают версию засекреченной австралийской программы «Проект Кисмет», аналога американского «Проекта Голубая книга». Забор, по этой версии, оснащён сенсорами, регистрирующими электромагнитные аномалии, инфразвук, изменения магнитного поля и радиационные всплески, а его металлическая конструкция функционирует как гигантская антенна. Данные якобы передаются на базу Пайн-Гэп, которая, помимо спутниковой разведки, занимается анализом аномальных атмосферных явлений. Указывается, что частота наблюдений аномалий в аутбэке возросла после создания Пайн-Гэп в 1970 году. Наиболее экстремальная вариация утверждает, что определённые точки вдоль забора являются «порталами» — местами ослабления барьера между измерениями, — и их расположение совпадает с «местами силы» аборигенной мифологии и аномалиями магнитного поля, зафиксированными геологическими службами.

Восьмая теория приобрела особую остроту в 2020–2021 годах, когда Австралия ввела одни из самых жёстких карантинных мер на планете. Граждане не могли покинуть страну без специального разрешения. Мельбурн пережил один из самых долгих в мировой практике локдаунов — 262 дня суммарно. Были созданы карантинные лагеря, куда помещались прибывающие из-за рубежа, — наиболее известный из них, Говард-Спрингс, расположен в Северной территории. Полиция использовала дроны для контроля соблюдения режима изоляции, а штрафы за нарушения достигали десятков тысяч долларов. Конспирологи проводят прямую линию от Забора Динго до этих мер, утверждая, что Австралия исторически является испытательным полигоном для технологий социального контроля: контроль перемещения животных перерос в контроль перемещения аборигенов, а затем — в контроль перемещения всего населения. Забор — прототип «зональной модели», которую предстоит масштабировать на человеческие поселения по всему миру. Ссылаются на концепцию «пятнадцатиминутных городов», называя её красивой упаковкой для идеи зон ограниченного перемещения. Продвинутая версия теории утверждает, что физический забор постепенно заменяется «цифровым» — системой камер, датчиков, спутников и алгоритмов, а система распознавания лиц, биометрические паспорта и цифровые удостоверения суть элементы нового невидимого, но непроницаемого ограждения.

Девятая теория усматривает в заборе инструмент климатических манипуляций. Разделение континента на две экосистемы, где по одну сторону растительность здоровее, а по другую — обнажённые почвы из-за перевыпаса в отсутствие динго, якобы приводит к различиям в альбедо — отражательной способности поверхности, — испарении и ветровых паттернах, и эти различия создаются и изучаются целенаправленно в рамках секретных программ геоинженерии.

Десятая теория, наиболее абстрактная из всех, сравнивает забор с древними мегалитическими сооружениями — стенами Саксауамана, стеной Адриана, Великой Китайской стеной — и усматривает в человеческой потребности возводить гигантские линейные структуры на поверхности Земли не утилитарный, а ритуальный импульс. Человечество «маркирует» планету, разделяя её на сакральные зоны, и этот процесс, по мнению адептов теории, управляется из единого центра — будь то масоны, иллюминаты, «Совет 300» или внеземной разум.

Помимо забора, на этом континенте-перевёртыше происходили и другие события, балансирующие на грани абсурда. В 1932 году австралийская армия была направлена для уничтожения расплодившихся эму, наносивших ущерб фермерам. Солдаты с пулемётами вышли против птиц — и проиграли. Эму оказались настолько выносливы, быстры и сообразительны, рассредоточиваясь мелкими группами при первых же выстрелах, что операция была признана провальной. «Великая война с эму» закончилась безоговорочной победой птиц — факт, который не нуждается ни в какой конспирологической надстройке, чтобы поразить воображение.

Страна, которая действительно применяла биологическое оружие против кроликов, действительно проводила тайные ядерные испытания на земле коренного населения, действительно на протяжении столетия похищала детей у аборигенов, действительно построила забор длиннее Великой Китайской стены и действительно проиграла войну птицам, — такая страна создаёт почву, на которой любая теория, какой бы фантастической она ни казалась, обретает тень правдоподобия. Все конспирологические построения вокруг забора следуют одной схеме: берётся реальный, документально подтверждённый факт и на него наслаивается спекулятивная интерпретация. Реальная же история забора хорошо задокументирована в архивах трёх штатов, но сам масштаб сооружения — 5614 километров сплошного заграждения посреди раскалённой пустыни — неизбежно рождает вопрос, который и питает конспирологическое воображение: неужели всё это только из-за собак?

Источники

• Queensland Government, Department of Agriculture and Fisheries — архивные документы по истории и обслуживанию Забора Динго (Queensland Wild Dog Barrier Fence records)
• McKnight, T. L. The Dingo Fence of Australia, Geographical Review, American Geographical Society, 1969
• Letnic, M., Koch, F., Gordon, C., Crowther, M. S., Dickman, C. R. «Keystone effects of an alien top-predator stem extinctions of native mammals», Proceedings of the Royal Society B, 2009 — сравнительное исследование экосистем по обе стороны забора
• Johnson, C. N., Isaac, J. L., Fisher, D. O. «Rarity of a top predator triggers continent-wide collapse of mammal prey», Proceedings of the Royal Society B, 2007
• Smith, B. P., Litchfield, C. A. «Dingoes (Canis dingo) can use human social cues to locate hidden food», Animal Cognition, University of South Australia, 2010
• Cairns, K. M., Wilton, A. N. «New insights on the history of canids in Oceania based on mitochondrial and nuclear data», Genetica, 2016
• Fillios, M. A., Taçon, P. S. C. «Who let the dogs in? A review of the recent genetic evidence for the introduction of the dingo to Australia», Australian Archaeology, 2016
• National Archives of Australia — документы политики «Украденных поколений» (Stolen Generations) и архивы карантинных мер
• Australian Government, Royal Commission into British Nuclear Tests in Australia, 1985 — материалы о ядерных испытаниях на полигоне Маралинга
• Ball, D. J. Pine Gap: Australia and the US Geostationary Signals Intelligence Satellite Program, Allen & Unwin, 1988
• Hempel, S. «The Great Australian Rabbit Disaster», Natural History Museum, London — история интродукции кроликов и биологических мер контроля
• Cooke, B. D. «Rabbit haemorrhagic disease: field epidemiology and the management of wild rabbit populations», Revue Scientifique et Technique, OIE, 2002
• Geoscience Australia — данные о месторождениях урана, опалов и редкоземельных элементов
• Australian Bureau of Agricultural and Resource Economics and Sciences (ABARES) — данные по горнодобывающей отрасли и экспорту минеральных ресурсов
• Chatwin, B. The Songlines, Jonathan Cape, 1987 — описание системы «троп сновидений»
• Watkins, A. The Old Straight Track, Methuen, 1925 — первоисточник концепции лей-линий
• National Museum of Australia — экспозиция и документация по «Великой войне с эму» 1932 года
• Westall ’66: A Suburban UFO Mystery (документальный фильм), реж. Rosie Jones, 2010 — материалы по инциденту в Уэстолле
• Mabo v Queensland (No 2), High Court of Australia, 1992 — решение об отмене доктрины «terra nullius»
• Commonwealth of Australia, National Apology to the Stolen Generations, 13.02.2008 — речь премьер-министра Кевина Радда